МАЙДАН ПО-КАВКАЗСКИ: что происходит в Ингушетии - факты и мнения. - Sota.Vision

МАЙДАН ПО-КАВКАЗСКИ: что происходит в Ингушетии – факты и мнения.

SotaVision с радостью представляет нового автора – встречайте Алексея Михеева, автора проекта “Московская передовица”  Мы надеемся, что он регулярно будет публиковаться у нас на сайте.

Уличные протесты в Ингушетии продолжаются больше недели, заставляя говорить о себе во всей остальной России. Одни восхищаются мужественным порывом всего ингушского народа, другие сравнивают его с российским (явно не в пользу последнего), а некоторые опасаются скорого обострения и даже возможной войны на Северном Кавказе.

Противостояние

Предлогом к массовому выходу людей на улицы послужило решение руководства республики тайно перекроить карту Ингушетии в пользу Чечни, отдав соседу довольно приличную территорию Сунженского района. То, что ингушский президент Юнус-Бек Евкуров всегда охотно шел на поводу у чеченских лоббистов, здесь ни для кого не было секретом, но его нынешние действия окончательно вывели народ из равновесия. Территориальные проблемы для Кавказа всегда оставались болезненными, а для Ингушетии — в самой высокой степени. Еще в начале 90-х между осетинами и ингушами происходила самая настоящая война из-за спорного Пригородного района. Затем, уже во время двух чеченских кампаний, граница между двумя «братскими» вайнахскими республиками устанавливалась самовольно и далеко не в пользу Ингушетии. Таким образом, территориальная проблема имеет здесь весьма затяжной характер.

Но, подписав 4 октября закон об установлении административной границы с Чечней, Евкуров явно недооценил собственного народа. Митинг в Магасе с самого начала был объявлен бессрочным. Его не получилось разогнать танками, которых просто не пустили в город. Вызванный на подавление протестов ОМОН перешел на сторону митингующих буквально сразу же. И более того – закрыл в республику доступ всем заезжим «масочникам», прекрасно понимая, что по отношению к чужому народу эти церемониться точно не будут.

Такие действия вызвали сильное восхищение у тех, кто следил из России за ингушскими событиями. «Подобное тихое единство вы больше нигде не увидите», – пишут блогеры. Впечатляет абсолютно всё – общее молитвенное стояние народа на улицах, мужество и последовательность, наконец, даже поддержка протестующего народа его бывшим президентом Русланом Аушевым. Он неоднократно выступал на митингах и выражал свое крайнее недовольство нынешним правительственным курсом: «Решения надо согласовывать по вайнахскому обычаю, по традиции – со своим народом. Если это брат передает землю брату, он должен согласовать со своей семьей. Если тейп передает другому тейпу, он должен согласовать со своим тейпом. Вдруг кому-то эта земля нужна. (…) Нельзя в таком экстренном порядке такие решения принимать. Я не говорю сейчас за чеченскую сторону. Но как первый президент я хочу сказать, что руководство республики… совершило ошибку. Надо было этот вопрос согласовать с народом».

А вот высказывание руководителя Чеченской республики Рамзана Кадырова, которое весьма ярко иллюстрирует его решимость пойти на самые крайние меры. «Ради Всевышнего, не создавайте себе проблем (…) Если воевать, то меня и это устраивает. Есть сила – поквитаюсь. Когда не будет силы – поквитайтесь [со мной]… Надо будет, и благородство покажем, и щедрость. Но тот, кто ведет пустые разговоры, тот свое место найдет».

На этом фоне реакция как самих ингушских властей, так и Кремля, который волей-неволей, но должен сказать своё веское слово по этому поводу, кажется слишком вялой. И это лишний раз подтверждает, что к народному протесту власть имущие оказались не готовы и до сих пор пребывают в растерянности. Депутаты Народного собрания Ингушетии не идут дальше саботажа – они попросту не являются на заседания парламента и не обеспечивают необходимого кворума в решениях по отмене вступившего в действие закона. Действия ингушской администрации также вполне традиционны. До недавнего времени она не шла дальше созыва проправительственных «путингов», куда под угрозой увольнения и лишения премий сгонялись работники бюджетной сферы.

Очухались власти лишь к концу недели, когда завели уголовные дела на лидеров уличного протеста – Бараха Чемурзиева, Мусы Мальсагова, Малсага Ужахова… Но одними арестами и обысками сопротивления уже не сломить, и, похоже, сам Евкуров это теперь понимает, но не знает, как выходить из ситуации. Кремль, на который он должен надеяться, реагировал в течение недели абсолютно индифферентно, считая ингушский бунт чисто клановой проблемой и ограничившись отправкой в Магас председателя Управления внутренней политики (УВП) Андрея Ярина.

На сегодняшний день мы не видим сколько-нибудь серьезного сопротивления митингующим, которые говорят во всеуслышание об исключительно мирном характере своих акций и даже настаивают на дружбе с чеченским народом. Кремль оказался не готов именно к этому. Экстремизм и призывы к насильственным действиям остаются для него вполне привычными, поскольку такое сопротивление вполне легко подавить. Но когда протестующие организованны и через слово говорят о том, что они будут соблюдать закон, такому решению довольно трудно оказать отпор. Власти закрывают в Магасе кафе, чтобы народ с улицы не заходил туда греться, отключает вай-фай и скамейки с подогревом, но это только демонстрирует бессилие чиновников.

Может ли мирное противостояние вылиться в ингушский майдан, и добьются ли ингуши успехов в своем протесте? Шансы для этого у них вполне есть, и некоторые эксперты (Петр Ельцов, Павел Фельгенгауэр, )

. – Я имею в виду, что он заявляет о своей преданности только напрямую [президенту России] Владимиру Путину, и поэтому считает, что может делать все, что ему угодно. Что касается границ, то надо сказать, что в этой части бывшего СССР они проводились крайне произвольно. На Кавказе проживают представители более 50 национальностей, причем чеченцы составляют самую большую этническую группу. Многие народы Северного Кавказа не имеют собственных границ или органов власти, и большинство из них живут в бедности. Им довелось пережить сталинские чистки. Позднее Москва вела две крупных войны с чеченскими сепаратистами, и теперь держит весь Северный Кавказ под жестким контролем. Насилие на Кавказе может вспыхнуть в любой момент, говорит Ельцов. «Северный Кавказ крайне неустойчив, – заметил Ельцов. – Это может привести к крупной глобальной войне по всей Евразии или, по крайней мере, к распаду Российской Федерации». Глубоко затаившиеся обиды в регионе делают его питательной средой для террористических группировок. Правозащитники и западные страны, включая США, осуждают нарушения прав человека и отсутствие базовых свобод на российском Кавказе.

Исса Кодзоев рассказал о потерянных с 1944 года ингушами землях

На протяжении более чем 70 лет территория Ингушетии непрерывно сокращалась, и нынешнее соглашение об установлении границы с Чечней продолжает эту тенденцию, заявил писатель Исса Кодзоев, чей рассказ об изменении границ республики опубликован на видеохостинге YouTube. Исса Кодзоев рассказал о потерянных с 1944 года ингушами землях Известный ингушский писатель и общественный деятель Исса Кодзоев рассказал о метаморфозах, которые происходили с территорией Ингушетии за последние 60 лет. Видео размещено 9 октября на канале пользователя Рустама Леймоева. По данным на 03.00 мск 10 октября ролик набрал 307 просмотра. На видео Исса Кодзоев демонстрирует карту с указанием территории, на которой жили ингуши до 1944 года. «Это тот Пригородный район, который был до 44-го года. Ингушский Пригородный район. Не тот, который сейчас осетины присоединили…», — сказал он. Исса Кодзоев также напомнил, что село Эзми (в настоящее время находится в составе Пригородного района Северной Осетии. — прим. «Кавказский узел») ранее входило в состав Пригородного района Ингушской автономной области. Кроме того, указал Кодзоев, ингуши потеряли часть Пседахского района (район, входящий в состав Чечено-Ингушской автономной республики до 1944 года — прим. «Кавказский узел»). На видео он демонстрирует карту с заштрихованными районами и называет их «зарубцованными, кровавыми пятнами». По его словам, «ингуши добровольно уступили чеченцам Сунженского района села, потому что считали, что там живут люди, говорящие на чеченском языке». «На сегодняшний день мы не имеем к этим земля никаких притязаний, никаких упреков в этом вопросе», — отметил Кодзоев. Он демонстрирует на карте участок земли, который изымается в соответствии с Соглашением о закреплении границ с Чечней. «Это территории, на которых проживали великие тейпы… Эта территория интересует ингушей не столько как территория, как земля, на которой что-то можно посадить или посеять, или какие-то ископаемые, сколько как историческая древняя территория ингушской земли», — сказал Кодзоев, добавив, что на этой земле очень много башенных комплексов. «Я хочу, чтобы не только ингуши и чеченцы, но и другие северокавказские народы знали, почему ингуши поднялись на защиту своей территории», — сказал он. При этом Кодзоев назвал протест в Магасе стихийным. «Нам же тоже где-то надо жить», — резюмировал он.

Комментарии в соцсетях 9-10.10.18

Российские Чечня и Ингушетия заключили новое соглашение о границе. Однако жители Ингушетии посчитали договор слишком выгодным для Чечни и грабительским для их республики. Теперь в Магасе уже несколько дней идет стихийный митинг, по своей численности едва ли не превышающий население этого крошечного города.

Тагир Аушев:

Ингушетия сегодня: люди вышли на площадь в центре Магаса в знак несогласия с передачей части территории Ингушетии соседней Чеченской республике. Никаких беспорядков, провокаторов… пожалуй, самый организованный, цивилизованный митинг в истории. ОМОН контролирует ситуацию.

Малик Бутайрин:

Что происходит в Ингушетии.

Во-первых, то что народ вышел вопреки воле верхов – восхищает.

Во-вторых, в своём обращении Евкуров позволил себе непозволительную для главы региона речь. По сути он назвал свой народ выступивший против законопроекта предателями. А ведь против законопроекта выступили и многие ингушские тейпы. Возникает следом вопрос – а кто его народ?

Это как раз к моему предыдущему посту о потери связи с реальностью и своим народом.

В-третьих, медвежью услугу оказывает глава Чечни, который своими заявлениями не столько помогает Евкурову сколько злит ингушей.

Борис Кодзоев:

При штурме крепости Измаил, Суворов говорил о Кутузове: “он шел у меня на левом фланге, но был моей правой рукой”.

Сегодня ингушский народ идёт на левом фланге, но является правой рукой, в штурме крепости безразличия, алчности, безответственности российской власти, перед народом. Мы не устраиваем беспорядки, не митингуем ради митинга. Мы даже не требуем, а просим справедливости и понимания от властей.

Поддержите мой народ, словом или делом, если вы, так же как и мы, хотите жить в стране, где власть должна слышать и слушать общество.

Николай Травкин:

По Конституции все Субъекты Федерации в России равны и во всех из них народ является источником власти на своей территории. Но национальные характеры разные.

Подправили немного по обоюдному согласию границы промеж собой Юнус-Бек Евкуров и Рамзан Кадыров, а население Ингушетии ни в какую, майдан устроили и митингуют уж который день.

А Сергей Собянин ударил по рукам с Андреем Воробьёвым и увеличил территорию Москвы в 2,4 раза! И не голые земли присоединил, а вместе с почти 250 тыщями душ, проживающих на них. Переписали, будто крепостных от одного помещика к другому и никто даже вопроса не задал.

А страна, вроде бы, одна.

Илья Барабанов:

Очень интересно смотреть за тем, как самоорганизуются люди, как ценят мир на своей земле и стремятся его удержать. Так появляются истории о том, что силовики не пропускают в республику колонны с полицейскими из других регионов, а сами силовики с началом молитвы выходят из-за ограждений и присоединяются к людям на улице.

Анастасия Миронова:

Население Ингушетии – 488 000 человек. Население Магаса – 8771 человек. Вот что произошло, когда без их спроса решили изменить границы. Между прочим, этих людей могло быть в два раза больше, если бы женщин не оставляли сидеть дома. Посмотрела много записей с тех митингов: только пара-тройка женщин из числа выступавших депутатов. Остальные дома.

Андрей Десницкий:

События в Ингушетии показывают, что едва ли не единственная точка сборки постсоветских обществ – национальный вопрос. Так было в Восточной Европе, Прибалтике, Закавказье, так сейчас на/в Украине. “Наших бьют, у нас отнимают” – и священнослужитель становится в одни ряды с атеистом, полицейский с протестующим, рабочий с интеллигентом.

Имперским нациям такой ресурс не дан. К счастью или к сожалению, но не дан. Опция “зато у нас есть империя” с ним несовместима.

Я еще в Советской армии заметил: ты кабардинец и я кабардинец, мы кровные братья, нас не тронь. Ты русский и я русский – ну и чо? Русских слишком много.

Даниил Коцюбинский:

Путин построил свою властную вертикаль на фундаменте усмирения Кавказа. И вот фундамент, похоже, начал проседать…

Чем закончится нынешнее противостояние между ингушами и Кадыровым, пока неясно.

Ясно только, что это – симптом ослабления Путина как президента РФ, а значит, и как “белого царя”.

Позиция, которую Путин занял по вопросу пенсионной реформы, стала своего рода “эхом в горах”, которое заметно поколебало “народную любовь”, ещё весной 2018-го казавшуюся неколебимой, но, как выяснилось, давно тяготевшую к оползанию, если не к обвалу.

И тут же лидер Чечни Рамзан Кадыров проявил себя как жёсткий лоббист. И добился своего – принудил Ингушетию к подписанию договора, который многим ингушам показался неравноправным.

Как можно догадаться, раньше Кадыров не делал этого, потому что не получал санкции из Кремля. А теперь, судя по всему, просто поставил Кремль перед фактом. И ослабевший Путин это горькую кадыровскую пилюлю проглотил, надеясь, вероятно, что ингуши покорно последуют его примеру.

Но, кажется, что-то пошло не так…

Игорь Эйдман:

Путин не установил прочный мир на Кавказе. Тлеющий пожар войны там готов в любой момент вырваться и заполыхать с новой силой. В этом огне может сгореть хваленная путинская стабильность, а с ней и все “скрепы” режима.

Полыхнуть может и сейчас в Ингушетии, и в самой Чечне через какое-то время. Новая война на Кавказе против путинского колониального режима и его местных ставленников практически неизбежна.

Валерий Соловей:

В России формируется новая модель конфликта

Что общего между вторым туром губернаторских выборов и протестами в Ингушетии?

  1. Власть ничего подобного не ожидала.
  2. Она не знает, как реагировать.
  3. Она колеблется и отступает перед угрозой прямого столкновения.

Впрочем, для людей, прошедших школу политического просвещения во второй половине 1980-х, здесь ничего нового.

Даниил Потапов:

Смотрю я тут на протесты в Ингушетии и диву даюсь, как лояльно, спокойно и тихо ведёт себя местная Росгвардия. Ни тебе колючей проволоки, ни сотен космонавтов, ни автозаков, ни техники. В чём же секрет? А не в том ли, что винтить мирных студентов, стариков и женщин несколько проще, чем крепких мужчин средних лет готовых дать ответную реакцию?

Владимир Фёдоров:

Ни один лоялист и патриот на довольствии, не разразился традиционным визгом : “р-р-р-азогнать! Размазать печень по асфальту! Это майдан! Хотите как на Украине?!” и т.п. Видимо, наши патриотцы задницей чувствуют, что озлобленные ингушские мужчины, это не изнеженные, безобидные навальнята. Ах, вы же мои зайки, охранительные…

Артур Фред:

Сомневаюсь что ингуши отступят. Как и сомневаюсь в том, что либеральная российская оппозиция способна найти с ними общий язык.

Леонид Гозман:

В Ингушетии, в Магасе стоят люди, которые не хотят отдавать свою землю «братской» Чечне. Они прогнали с площади поставленного на Ингушетию Кремлем генерала Евкурова, они стоят вместе со своей полицией, они не пропустили в республику ОМОН из других регионов – свои стрелять в народ не будут, а чужие – за милую душу. А Кадыров сказал, что готов воевать и они его услышали.

Но они не услышали президента России, потому что он ничего не сказал. Они не услышали нашего телевидения, потому что там Порошенко и прочее, а их нет вообще. Они не услышали нас, потому что мы молчим, их для нас не существует.

И вот это, то, что их для нас и для российского государства не существует, что они должны разбираться сами, аргумент в пользу стрельбы. И кто-то кого-то убьет из-за нашего молчания – раз мы молчим, надеяться на нас не стоит.

Может, обойдется, а может и нет. Может, это начало конца, гибель империи.

Я сегодня на Первом канале в программе «Время покажет» дважды смог сказать об этой готовой вспыхнуть войне. Если хоть один человек в Магасе меня услышал, я там был не зря.

Кирилл Шулика:

Вот и Аушева вызвали, чтобы людей успокоил.

Кстати, во многих регионах прежние главы, которые были реально избраны, влиятельнее нынешних назначенных.

Тимур Ужанов:

В политике у всего есть цена. О чем договорился Кремль с Аушевым. Скоро будет ясно.

Я не имею ввиду шкурный торг, он тут не уместен. Вопросы большой политики гораздо тоньше.

Александр Рыклин:

Про нынешние протестные выступления в Ингушетии надо понимать одну важную вещь… Территориальный вопрос – только повод. Настоящая причина в том, что ингуши отказываются находиться под пятой Кадырова и презирают Евкурова именно за то, что он лег под Кадырова… Ингушей лозунг “Две республики – один народ” абсолютно не радует… Они видят в нем очевидную угрозу и попытку “окадырить” родную республику…

Нынешние митинги в Магасе – первые массовые антикадыровские выступления на Кавказе…

Дмитрий Стешин:

Не знаю чем все это закончится. Выскажу крамольную мысль. Времена, когда отделение Кавказа могло спровоцировать “парад суверенитетов” от Башкирии до Якутии прошли безвозвратно. Полезность этих дотационных регионов сомнительна, а токсичность понятна. Жить одним укладом со всей Россией они не могут, не хотят и не будут. Но денег на свое обособленное существование требуют немалых. Есть мнение, что “токсичный актив” прошел аудит и должен отправиться в самостоятельное плавание в конфедеративных рамках, например. Или еще как. Не верю, что просто так и снисходительно, “кто надо” смотрели, как с конца лета на Кавказе накручивался конфликт. Так не бывает в наше время.

Олег Пшеничный:

Ключевым и фундаментальным вопросом по отношению к народам и республикам Северного Кавказа в будущей России должно быть честное и серьёзное предложение о самоопределении. Если не хотите уходить или оставаться – давайте обсуждать по пунктам условия.

Но вести себя как гопники, как с одной, так и с другой стороны – это уже давно стало очевидно, что это позорно и несерьезно.

Харун Сидоров:

Касательно протестов в Ингушетии моя позиция проста.

Я однозначно за любые выступления против нынешнего режима и его ставленников на местах, и любое такое выступление оцениваю положительно и приветствую.

Что касается территориальных споров между мусульманскими народами, они должны решаться в рамках Шариата – на основе совета и договора, без перехода границ дозволенного в отношении прав других мусульман, в том числе, их чести и достоинства.

Алёна Романова:

Думаю про Ингушетию. Про Пригородный район откуда их выдавила Осетия. Это так звучит вроде рядом с городом пустырь заняли, а по карте это наверное пятая часть земли маленькой республики. Когда ингуши все-таки вернулись из ссылки, то обнаружили, соседи-осетины заняли их дома и не собираются их возвращать. Да и рядом строиться не дают, чтобы совесть не тревожили.

Надо сказать, что это совершенно рядовая ситуация, так вели себя в Крыму с вернувшимися татарами, в Греции и Польше с евреями, в Поволжье с немцами.

Но это Кавказ и тут были исключения. Грузины передали дома хозяевам и кажется даже помогли на первых порах. И вообще на Кавказе до сих пор ещё живы архаичные представления о справедливости и чести, иначе в этих жестких и тесных местах не выжить.

Вот мне и кажется, что до тех пор пока осетины не вернутся к этому кодексу, будут они любить Сталина и работать будут в колониях, хотя и начальниками.

Юлия Калинина:

У ингушей особое предназначение в нашем государстве.

Это такой специальный народ, чтоб жертвовать его интересами в спорных ситуациях.

Какая бы спорная ситуация ни случилась, она разрешится не в пользу ингушей, сто процентов.

Их всегда сольют. Потому что всегда найдётся кто-то более нужный Кремлю, чем они.

Ингушам это обидно, конечно. А ничего не поделаешь.

Такое предназначение.

9.10.18

Что происходит в Ингушетии? — Независимый блогер побывал в протестном Магасе

В последнее время много говорится об Ингушетии, протестах с несанкционированными митингами, стрельбой в воздух. Информация довольно противоречивая и недостаточно полная, отмечает российский независимый блогер Алексей Романов в своем видеоматериале.

Многих интересует вопрос о том, почему жители Ингушетии требуют отставки главы своей республики, и как это может повлиять на остальную Россию.

«Поэтому я решил, что есть смысл самому поехать и на все это посмотреть своими глазами. Я нахожусь в городе Магас – столице Республики Ингушетия. Такого количества силовиков, как в Магасе, вооруженных по-настоящему, я не встречал еще нигде. Что же происходит в эти дни в Ингушетии?

Сегодня уже 5-ый день как в Магасе продолжается бессрочный митинг, одно из требований которого – отставка главы региона. Митинг проходит как согласованный, но начинался он совсем иначе. Люди маршем шли к резиденции главы республики, чтобы выразить свое несогласие с соглашением, которое незадолго до этого было подписано», — отмечает Романов.

Блогер показывает места, где проходил митинг несколько дней назад, а также митинг, проходящий в момент съемки. Алексей Романов в подробностях рассказывает о происходящих событиях и общается с митингующими.

«Мы не требуем рассудить нас по адату, мы требуем рассудить нас по Российской Конституции, дайте правовую оценку. Мы просим просто одного – справедливости, мы против того, чтобы российское государство разрушалось. Мы здесь боремся за все Российское государство», — заявил один из митингующих.

«Спецоперация по отъему земли в Ингушетии готовилась скрытно, проводилась внезапно. Соглашение о передаче земли было подписано 26-го сентября. 9-го сентября глава Республики Ингушетия Юнус-Бек Евкуров, 2 года отсидевший на кресле главы, был избран парламентом на 3-ий срок.

Блогер подчеркнул, что в России подобные назначения без санкции администрации президента не делаются. Сам Евкуров считался слабым претендентом и переназначение ему не грозило. По мнению Романова, кто-то походатайствовал за Евкурова.

Блогер прошел под аркой, показав ее и отметив, что ответ на вопрос о том, кто же ходатайствовал за Евкурова, находится на этой арке. Запись на арке: «Аллея имени первого президента Чеченской Республики, героя России Ахмата-Гаджи Кадырова», который является отцом нынешней главы Чечни.

«Аллея существует здесь давно и арка тоже, но только в этом году, в августе, здесь вдруг торжественно отметили день рождения Кадырова-старшего. Многие в Ингушетии абсолютно уверены в том, что это был своего рода первый платеж за ту помощь, которую Кадыров оказал Евкурову, а передача земли закрывает сделку», — подчеркнул независимый блогер.

Романов также коснулся вопроса о том, почему митингующих не разогнали сразу, ведь сил больше, чем достаточно. Состоялось несколько стычек с силовиками, но всякий раз те люди, которые оказались лидерами протеста, добивались некоего мирного разрешения.

«Мы уже победили, что бы ни было – отдадут землю или нет, мы уже победили тем, что объединились, весь народ встал и понял, что у него никого нет, кроме нас. Проблема России в том, что людям просто наплевать. Люди, которые находятся сегодня у власти, не виноваты в том, что вы ничего не делаете», — отметил один из митингующих.

«В Ингушетии завершился 5-ый день бессрочного митинга – бессрочка с кавказским колоритом. Пока непонятно, чем все может закончиться, скорее всего, история будет затягиваться, власть пока не собирается разгонять людей, которые точно не собираются никуда уходить. А ставки достаточно высоки – земля, которую люди надеются вернуть, ощущение попранной справедливости, которое надо восстановить, и специфика Кавказа – месть», — заключил Алексей Романов.

Метки:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *