Заповедник Куропаты: Они не пройдут. Верней, не проедут - Sota.Vision

Заповедник Куропаты: Они не пройдут. Верней, не проедут

О возрождении сталинизма и о забвении памяти жертв репрессий 30-40-х годов говорят не только в России. В Минске идет многолетняя война между гражданским обществом и верными продолжателями дела Сталина. Плацдармом борьбы стал заповедник Куропаты, место массовых казней НКВД. Белорусские власти изобрели довольно оригинальный метод придания забвению безвинно погибших. Не так давно в охранной зоне заповедника было поставлено кафе, где желающим отнюдь не возбраняется в буквальном смысле пировать на костях предков.

20 лет кощунства

Неосведомленным людям может показаться, что в желании разместить кафе «Поедем, поедим» прямо в заповеднике не было политической составляющей и что это всего-навсего жест непреднамеренного беспамятства со стороны белорусских «Иванов, не помнящих родства». Однако это не так. За все годы правления президента республики Беларусь Александра Лукашенко значение куропатских захоронений (а там, по разным оценкам, зарыто в землю от 30 до 250 тысяч человек) либо замалчивалось, либо – если не было возможности отрицать очевидное – по возможности умалялось. Находились также проправительственные «историки», утверждавшие, что расстрелы в тех местах проводили не советские органы госбезопасности, а немецкие нацисты в годы войны. В начале 2000-х официальная позиция по этой больной теме была озвучена устами генерального прокурора Беларуси Олега Бажелко, который заявил о тенденциозной «односторонности» прежнего расследования преступлений НКВД, когда «показания многих свидетелей изобиловали домыслами, фантазиями» и принимались во внимание «без критической оценки». Тогдашний генпрокурор не сказал прямым текстом о нагнетании «истерии» вокруг Куропат, однако для логически мыслящих людей такой вывод был вполне очевиден.

Слова Бажелко если не давали прямой санкции на борьбу с заповедником, то явственно обозначили ее начало. В 2001 году началась реконструкция МКАД (Минской кольцевой автодороги), и представители общественности забили тревогу: новая трасса, утверждали они, будет проходить через лес, прямо по могилам репрессированных. Собирались многочисленные митинги, которые со слезоточивым газом разгонял ОМОН. После некоторого перерыва наступление продолжилось. В 2007 году в охранной зоне Куропат поставили заправочную станцию, предварительно переписав документацию – вместо 300 метров расстояния зоны поставили 20.

– Тогда же начал строиться ресторан «Бульбашов», – вспоминает белорусская активистка Нина Багинская. – Это был совсем уже вопиющий факт, который ни в коем случае не следовало оставлять без внимания. Мы писали письма во все инстанции, начиная с прокуратуры, и ответ приходил один и тот же: будущий ресторан не находится в охранной зоне.

Как бы то ни было, в конечном итоге общественности удалось добиться победы. «Бульбашов» в этих местах так и не появился. Но 11 лет спустя именно на том месте, где хотели его построить, появилось кафе «Поедем, поедим».

Замешаны большие деньги

Активисты несут здесь дежурство с 12 часов дня, когда открывается кафе, и до полуночи. Их цель – не допускать туда машины, подвозящие пищу. А за одним объяснять частным водителям, которые не вполне осведомлены в ситуации, что обедать в кафе на месте могил – кощунство. Для этих целей у них есть специальная листовка, где названы все имена предпринимателей из фирмы «МАГ-2000», причастной к строительству и эксплуатации кафе «Поедем, поедим». Самой точкой владеет бизнесмен Леонид Зайдес, хозяин большого ресторанного холдинга в Минске и за его пределами. Кроме него довольно приличной долей владеют Борис Сурыс с матерью Алиной Сурыс (живет в Израиле), а также Антон Мелихов и Леон Сагальчик (оба граждане США). По поводу «МАГ-2000», их совместного детища, уже заведено уголовное дело по факту растраты бюджетных средств.
– Известие о том, что здесь появилось новое кафе, мы получили 29 мая, – рассказывает Нина Багинская. – И сразу же начали формироваться дежурные смены, причем из граждан с самыми разными политическими убеждениями. По вторникам, к примеру, здесь дежурит движение «Рух», по понедельникам – христианские демократы. Я сама придерживаюсь националистических взглядов. Объединяет нас, таких разнообразных, одна вещь – демократические принципы и осуждение сталинизма.

Весь гражданский протест, похоже, только в том и заключается, чтоб не давать машинам проехать к кафе. Как называет эту меру активист Максим Винярский, здесь имеет место акция прямого действия. Полиции и судам, которые постоянно ведутся по этому делу, хочется называть акцию по-другому – «незаконный митинг-пикетирование». Именно такими словами оправдывают здешние власти аресты и содержание под стражей продолжительностью до десяти суток. Однако этим дело не ограничивается, среди защитников Куропат уже есть жертвы. В июне одного из активистов, Леонида Кулакова, на полном ходу сбила машина. «Обошлось» только переломом руки.

– Разумеется, мы обращались с письмами в разные правительственные учреждения, но до сих пор нам так и не пришло ни одного толкового отказа, – говорит Нина Багинская. – Руководители избрали довольно интересную тактику: заявляли нам, что в данный момент на своем рабочем месте нет уполномоченного лица, способного дать внятный ответ. Как видите, эта волокита продолжается уже второй месяц, но кафе на протяжении всего этого времени исправно функционирует. Мы пытались поговорить и с его владельцами, но они усиленно прячутся от нас. Здесь, очевидно, замешаны очень большие деньги, и поэтому вряд ли они когда-нибудь покаются в своем неправедном деле.

Однако шансы отстоять законность и справедливость в деле Куропат у белорусской оппозиции всё-таки есть. Куропаты входят в число охраняемых памятников ЮНЕСКО, и вряд ли лица, причастные к строительству кафе на костях репрессированных сумеют задним числом переписать документацию об охранной зоне. Понадеемся и мы на благоприятный исход этого раунда борьбы за сохранение исторической памяти, ибо, как показывают обстоятельства, проблемы у нас в России практически те же самые.


Алексей Михеев

Из Википедии

Впервые о расстрелах в Куропатах было заявлено Евгением Шмыгалевым и Зеноном Позняком в статье «Куропаты: дорога смерти», которая вышла в газете Літаратура і мастацтва (рус. Литература и искусство) 3 июня 1988 года с предисловием известного писателя Василя Быкова. В статье, основанной на показаниях свидетелей, утверждалось, что в нескольких километрах к северу от минского микрорайона Зелёный Луг в период с 1937 по 1941 годы ежедневно происходили казни путём одиночного выстрела в голову — на рассвете, днем и на закате, а трупы укладывались перпендикулярными рядами в несколько проложенных песком слоев в заранее выкопанные глубокие ямы, на которых затем сажали сосны; место расстрелов во второй половине 1937 года было обнесено трехметровым забором, охватывавшим 10-15 гектаров территории, а дорожное покрытие было разбито постоянным движением «чёрных воронков». Общее количество могильных ям оценивалось в 500, по 50-60 жертв в каждой. Согласно Позняку, он узнал о месте захоронения в 1970-х, но тогда «не было возможности открыть миру правду» (по другим данным, открытие было сделано случайно во время прокладки газопровода в апреле-мае 1988 года); о самом же существовании массовых захоронений жертв репрессий на территории Беларуси авторам статьи стало известно ещё в 1957 году, когда во время строительства трассы Минск-Заславль были случайно обнаружены человеческие останки. В 1989 году Позняк также утверждал, что из-за запрета ЦК КПБ он не смог включить в статью свою оценку общего числа расстрелянных (от 150—200 до 500 тыс.) и то, что расстрелы в Куропатах участились после присоединения в 1939 году Западной Беларуси.

Метки:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *