«Журналист – это тот, кто не лжет»: акция памяти Анны Политковской – Sota.Vision

«Журналист – это тот, кто не лжет»: акция памяти Анны Политковской

13-ая  акция памяти Анны Политковской  в Петербурге вышла отличной от предыдущих.  Место за эти годы не менялось ни разу – на Троицкой площади, у Соловецкого камня. Вот только в этот раз, отдавать дань памяти журналистке Политковской пришлось за полицейским оцеплением. Соловецкий камень обнесли ограждением, а на входе –  установили рамки.  В толпе участников мероприятия слышно: «рамок-то понаставили, заборов нагородили», «зачем столько полиции?».

Прямая трансляция акции памяти Анны Политковской

Организатор акции – руководитель фракции партии «Яблоко» в петербургском Заксе Борис Вишневский говорит:

«На всех предыдущих акциях памяти Политковской, а  я почти все их организовывал, полиции было буквально несколько человек. Вот здесь люди, которые тоже ходят на все эти акции. Никогда такого не было. Или вот сегодня одна Таня Вольтская стояла в защиту Светы Прокопьевой у Гостиного двора, а потом ещё два человека ее сменили, с одиночным пикетом. Я там в четыре часа был, так там ещё штук семь машин полиции стояло. Это на одиночный-то пикет!».

Борис Вишневский имел в виду акцию петербургских журналистов в поддержку псковской коллеги Светланы Прокопьевой, обвиняемой в публичном оправдании терроризма. Акцию даже серией одиночных пикетов назвать трудно, однако УМВД северной столицы подготовилось к ней основательно. К Гостиному двору были стянуты 8 полицейских автомобилей. Видимо из опасений, что пишущая братия, упаси Боже, прямо в центре Петербурга тоже возьмется оправдывать что-то неподобающее, тут-то они их на «горячем» и прихватили бы…

Фото – Новая газета

Открывая мероприятие, Борис Вишневский отмечает, что каждый год, приходя к Соловецкому камню, он вспоминает тот единственный раз, когда собраться пришлось не 7-го октября,  а 8-го. Это была первая встреча, на которой пришлось поминать Политковскую, на следующий день после ее убийства  в 2006 году.

«Честно говоря, почти все мы друг другу уже здесь сказали за эти 13 лет, что сказать было надо. Когда меня журналисты спрашивают,  зачем мы сюда приходим? Что мы хотим? Я всегда даю один и тот же ответ. Мы сюда приходим, и будем приходить, по крайней мере, я точно буду приходить,  до тех пор, пока это преступление не будет раскрыто. Я не считаю, что оно раскрыто. Я не считаю, что найдены и наказаны  организаторы и заказчики этого преступления. Я считаю, что делается все, чтобы настоящих заказчиков скрыть, увести их от ответственности.  Я считаю, что следствие, это не только моя точка зрения, намеренно тормозится. Я считаю, что у власти  ни малейшей нет заинтересованности в том, чтобы раскрыть это преступление», – сказал Вишневский.

Фото – 24smi.org

Анна Политковская была убита 7 октября 2006 года, на выходе из своего дома. По словам главного редактора «Новой газеты» Дмитрия Муратова, в день убийства она собиралась предоставить редакции свое расследование о пытках в Чечне.  Политковская была специальным корреспондентом в местах боевых действий в Чечне, участвовала в переговорах с террористами во время захвата Норд-Оста и помогала матерям погибших солдат во время Чеченской войны. Анна стала символом журналистики расследований и голосом «неудобной» правды. Исполнители ее убийства отбывают наказание, однако заказчиков следствие общественности так и не представило.

Разговор о Политковской равно разговор о настоящей журналистике. Собравшиеся, а их сегодня было от 50 до 100 человек, сетуют  на то, что читать и смотреть приходится крайне избирательно, чтобы не наткнуться на очередного пропагандиста там, где должно быть журналистское слово.

«Я с ужасом иногда с некоторым смотрю на то, что происходит сегодня в нашем информационном пространстве. Я вижу огромное число тех, кто называет себя СМИ, хотя ими не является. Очень много, кто по недоразумению считает себя журналистами,  и которые лгут просто каждый день, с утра до вечера.  Да, есть очень много хороших, честных и настоящих журналистов. Но есть очень много и тех, кто единственное чего заслуживает  – это пожизненного изгнания из этой профессии. Многих из них, к сожалению, мы видим по телевизору. Я даже не буду называть имена. Вы итак их знаете», – говорит Борис Вишневский.

Слово берет журналист и историк Даниил Коцюбинский:

«Я бы хотел вспомнить о том, во имя чего жила и во имя чего погибла  Анна Политковская. Она жила и погибла,  пытаясь говорить правду  и ничего, кроме правды. Я бы хотел, чтобы мы тоже были честными, в первую очередь перед самими собой. Для чего мы сюда приходим уже не первый год. Пытаемся ли мы что-то изменить, приходя сюда? Ну, наверное, пытаемся, но вряд ли сможем. Мы это тоже прекрасно понимаем. Смотрите, сколько нас и сколько тех, кто вокруг нас. Я думаю, что мы приходим для того, чтобы сохранить себя. Мы для себя приходим. И в этом нет ничего постыдного. Это единственное, что мы можем сделать, чтобы протянуть руку тому будущему, которое когда-нибудь всё-таки придет. На место вот этого ГБшного безвременья, в котором мы все существуем и жертвой которого стала Анна Политковская».

Коцюбинский, к слову, был одним из тех, кто стоял в том самом «опасном» журналистском пикете в защиту Светланы Прокопьевой.

А вот петербургский политик Николай Рыбаков провел интересную аналогию:

«Сегодня в стране две такие разные даты…  Вот буквально сейчас, параллельно на радио Свобода мы обсуждали день рождения одного человека в нашей стране. Я много езжу по России, бываю в десятках городов.  Я посещаю там  редакции независимых СМИ. И я очень часто вижу там портреты Анны Степановны Политковской.  И никогда не вижу там портретов того человека, который отмечает сегодня день  своего рождения. И это, на самом деле,  надежда для нас. Надежда, что в нашей стране все будет правильно. И все-таки придут те времена, которых ждала и за которые боролась Анна Политковская».

Фото – Новая газета

Слова нашлись и у организатора сегодняшней акции журналисткой солидарности, редактора издания  «Север.Реалии» Татьяны Вольтской:

«Я хочу сказать, что было сегодня немножко обидно. Я решила, что полиция думает о нас лучше, чем мы есть на самом деле. Я думаю, что полиция решила, что за Светлану Прокопьеву мы придем как за Голунова, да, и будем стоять буквально в очереди. Но этого не случилось. Но все равно. Лиха беда – начало. Мне кажется, что это нужно делать.  И сегодня подходили люди, читали то, что написано на плакате и говорили, а это были молодые люди с хорошими лицами, «неужели такое возможно? 7 лет за слова?». Вот даже несколько человек, которые узнали, я думаю, что это очень важно. Я думаю, что я сегодня в пикете стояла, и Даниил Коцюбинский, и Наталья Шкуренок, и те, кто пришли постоять там со мной, они пришли и тоже стояли в память Анны Политковской. Потому что это все единое пространство кошмара, в которое нас хотят загнать. Я думаю, что так получается пока, что вот этот порог 37-го года, он действительно все ближе».

В подтверждение сказанного, Вольтская зачитывает небольшой отрывок из своей поэмы, героями которой стали те, о ком могла бы написать Политковская, будь она жива.

«Вот  и Аня Павликова шепчет в суде
Сухими губами:
«Ваша честь, я хочу к маме.
Я не готовила переворот. Я больна.
Я не знаю, какая на мне вина”.
Помню твою фразу, которой печальней нет:
«Было врагу народа восемнадцать лет».
Так вот она – террористка из «Нового Величия»,
На плечах косички, в комнате – пение птичье.
Хотела учиться на ветеринара,
Но майор решил, что ей светят нары», – отрывок из поэмы Татьяны Вольтской.

Звучат аплодисменты. Участники акции соглашаются, что случай Ивана Голунова – своего рода новая надежда на то, что  системе можно “разжать челюсти”, как выразился Борис Вишневский. Надежда на то, что общественное сопротивление – это сила, которую можно применить во благо.

О необходимости общественного сопротивления, почти в самом финале мероприятия, от имени ингушской общины в Петербурге заговорила и журналистка, режиссер-документалист Хава Хазбиева. Она попросила присутствующих включиться в общественную поддержку фигурантов «ингушского» дела:

«Кто такая Анна Политковская знают в каждом ингушском доме. Думаю, что и в каждом чеченском доме.  Она писала о нашем аде. Она не останавливалась ни перед чем, для того чтобы донести нашу боль, нашу трагедию, наши беды. Для меня очень важно было сегодня здесь быть. Но с убийством Анны Политковской наши беды только множатся.  Сегодня, многие уже знают, но многие и не знают, арестованы и находятся уже более полугода в СИЗО,  лучшие сыны и дочь ингушского народа. Эти люди вышли   на митинг. Эти люди сказали, что больше нельзя лишать людей самых обычных гражданских прав, конституционных прав и в этом вся их вина. Но им предъявляют обвинения, которые тянут на  10 лет и более».

За 13 лет, прошедших со дня убийства Политковской, в России выросло одновременно два разных поколения журналистов. Одно – в лоне традиций машины пропаганды. Другое  – на свободной территории, которую ортодоксальные СМИ ещё лет  7-8 назад  не воспринимали за что-то серьезное. “Шляпа все эти ваши “новые медиа”, – говорил мне однажды большой телевизионный начальник. Вот только “новые медиа”, кажется, и есть та самая «новая надежда» сопротивления. В прямом эфире ложь легко дается лишь профессионалам. Они за нее ещё и ТЭФИ получают. А вот чиновники не любят прямых эфиров, онлайн-трансляций, “этих наших интернетов”. Не любят потому,  что онлайн гораздо труднее врать, гораздо труднее выставить журналиста за дверь, натравить на него охрану, манипулировать и изворачиваться.  СМИ, исповедующих онлайн – живой и неподдельный, всё больше. А значит, дорогая Анна Степановна, есть вероятность, что мы подрастем и вот тогда-то точно не подведем  Вас. Когда будем звучать громче телевизора, из которого доносится :«Совпадение? Не думаю».

Олеся Кокина

Метки:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для читателей: в России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». nac.gov.ru

Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба»,«Сеть». Полный список опубликован здесь: http://www.fsb.ru/